Паруса над городом

Если вам, уважаемые читатели, доведется проезжать по Вест-сайт хайвею в Манхеттене между 18 и 19 улицами, то будьте осторожны: от неожиданности увиденного вы можете создать аварийную ситуацию. Новое здание, выполненное по проекту архитектора Фрэнка Гэри приняло облик громадного морского судна с надутыми ветром парусами. Зрелище уже видится завораживающим – самый впечатляющий вид, я думаю, с водной глади Хадсона и набережной Джерси Сити, но и с манхеттенского берега, то есть вблизи, сооружение моментально притягивает взгляд и интригует белизной стеклянных парусов. Более того, жители района Челси, на западной окраине которого и расположено здание, стали замирать как на пешеходной, так и на проезжей части на минуту-другую при виде воспарившего над ординарными городскими строениями огромного белого парусника.

Пока велось строительство, обсуждение проекта не выходило за рамки деловых переговоров между городом и заказчиком, но теперь, когда «корабль уже почти готов к спуску на воду», забурлила общественность и пресса. И надо отметить, что бурление вокруг проекта исключительно положительное, что не типично для города Большого Яблока, где почти всегда и во всем сначала пытаются увидеть недостатки и минусы, а уж потом происходит привыкание, плавно переходящее в национальную гордость.

Кто же смог «раскошелиться» на проект, созданный живой легендой современной архитектуры Фрэнком Гэри? Ну, не город же? Конечно, нет, но городские власти с чувством глубокого удовлетворения приветствовали строительство здания этого зодчего, так как Нью-Йорк, до селе не имевший ни одного архитектурного сооружения Гэри, проигрывал вечный спор с Лос-Анжелосом за обладание архитектурными новшествами. Уравновесить ситуацию в пользу Нью-Йорка удалось Барри Диллеру – магнату Интернетовского бизнеса и теперь на этажах-палубах нового здания разместятся подвластные ему компании: Expedia, Hotels.com, Hotwire.com, Citysearch и Ticketmaster, вместе объединенные в корпорацию IAC/InterActiveCorp.

Естественно, все 25 тысяч сотрудников этой корпорации не могут мечтать даже о стуле в новом офисе - в здание переедет лишь головная организация в составе 500 человек под предводительством самого Барри Диллера. Кстати, здание-парусник на карте города теперь будет фигурировать как Диллер-билдинг. Здание имеет 9 этажей, подземный гараж на 70 машин и открытые террасы на крыше, но снаружи оно выглядит как 2-х палубное судно с парусами, которые надул северный ветер, то есть если сооружение таки вдруг поплывет, то тотчас же окажется в Даунтауне. Для усиления впечатления сообщу, что высота здания 155 футов, а занимаемая им площадь 165 тысяч квадратных футов.

Итак, Нью-Йорк обладает зданием Фрэнка Гэри – и это звучит гордо! Имеет смысл упомянуть о самом архитекторе. Родился Гэри в Канаде, хотя биографы часто называют его 100%-м американцем. В 1950-60-х годах он закончил университет в Лос-Анжелесе, а через год, выполнив воинскую обязанность, поступил в Гарвардскую высшую школу дизайна. Как и для многих творческих людей, открытие мира для Гэри началось в Париже. Начальное франкоязычное образование, полученное еще в Канаде, оказалось как нельзя кстати. За год проведенный в Европе, Гэри познакомился с работами Ле Корбюзье, Балтазара Ньюмана и был «черезвычайно впечатлен романским церковным зодчеством». Вернувшись в 1962 году в Лос-Анжелес, он открыл собственную фирму Frank Gehry Associates. После этого карьера архитектора все время шла по восходящей. За сорок лет были выполнены десятки проектов в США, Японии, Западной и Восточной Европе. Признанием среди собратьев по цеху стала престижная премия Pritzker Architecture Prize, полученная Гэри в 1989 году.

Многие критики долгое время считали его постмодернистом. Позже писали о смене позиций. И только последние годы освободили мастера от ярлыков, признав его архитектуру «его архитектурой». Гэри всегда давал работу критикам и архитектуроведам. Он строил дом-бинокль, строил рыбный ресторан в форме гигантской рыбы, украшал фасад офисного здания огромной парой очков. Нередко Гэри переживал неудачи. Его несчастный американский центр в Париже, который критиковали еще на стадии проектирования, закрыли по финансовым причинам вскоре после завершения строительства. Не нашлось средств и на строительство нового здания музея Гугенхейма в Нью-Йорке, хотя казалось все было решено и утверждено.

Гэри занимается не только «большой архитектурой», но и дизайном мебели. С 1992 года он создавал Gehry Collections. Самый знаменитый образец его мебели – стул Fog из металлического листа: «Я рассматривал стул как архитектурное сооружение. Я работал над ним как над полноценным проектом».

Параллельно с проектированием мебели, Гэри строил крупномасштабные проекты. Музей Гугенхейма в Бильбао, построенный в 1997 году, считается одной из самых значительных и впечатляющих работ архитектора. Формы и замыслы, выстраданные и опробованные в других проектах, воссоединились здесь в «симфонию скульптурных объемов». Здание музея – впечатляющая урбанистическая скульптура, «металлические цветы», выросшие на берегу реки Нервион. Поверхность здания отделана стеклянной кладкой, выполненной по программе CATIA.

Эта программа была разработана во Франции специально для военных целей, в том числе для обшивки сверхскоростных истребителей.  Архитектурная модель помещается в цифровую камеру (сегодня это называют трехмерным сканером), и компьютер расчитывает кривизну и размер каждого элемента покрытия. В проекте музея в Бильбао в полном объеме воплотилась давняя мечта Фрэнка Гэри создать здание, которое вмещало бы искусство и одновременно само являлось искусством. Сегодня это лучшее, по мнению критики, из того, что создано архитектором.

Хотя самым крупным проектом Гэри надо признать Walt Disney Concert Hall в Лос-Анжелесе. После падения Берлинской Стены Гэри работал в Восточной Европе. Надо сказать, не все там шло гладко. Его проект Национального представительства Нидерландов в Праге (1992-1996гг) вызвал неоднозначную реакцию, несмотря на огромную популярность автора. Расположенному на берегу Влтавы сооружению дали прозвище «Танцующий дом» и «Джинджер и Фред». Здание является одним из трех новых проектов, которые городская администрация разрешила построить в исторической части города. Реализовать проект удалось благодаря использованию все той же программы  CATIA. С ее же помощью создан и примыкающий стеклянный объем – «Леди в развивающемся платье» и выходящий к реке бетонный конус «Джентельмен в шляпе», точнее будет сказать – в цилиндре.

У Гэри свое, довольно специфическое, на взгляд многих критиков, представление о том, как вписать проект в исторический контекст города. Неудивительно, что многие восприняли «Танцущий дом» довольно резко. Даже молодые и прогрессивные чешские критики назвали этот проект Гэри «безответственным эксгибиционизмом». А голландцы, для которых и был построен этот дом, посчитали его одной из самых «навороченных» построек Гэри в Европе. В ответ на это мастер остроумно заявил, что «если бы критики не возмущались так громко, то они услышали бы, как Джинджер и Фред отбивают чечетку».

Среди последних работ Фрэнка Гэри: Zollhof – комплекс жилых зданий в Дюссельдорфе, музей рок-культуры и истории рока в Сиэттле и другие, о которых критики говорят, что в них «маэстро продолжает элегантно балансировать на грани безумия».

Лет пять назад Госстрой России предложил Фрэнку Гэри участвовать в конкурсе на проект реконструкции Мариинского театра. На что маэстро ответил, что «участвовать в конкурсе с молодежью ему не по чину». И добавил: – «Будучи признанным мастером, я заслужил того, чтобы мне предлагали работу без всяких конкурсов. И вообще, в моей приемной в очереди сидят премьер-министры разных стран, пытаясь уговорить меня взяться за тот или иной проект». На этой фразе, как бы в подтверждение своим словам, он указал на тогдашнего премьер-министра Израиля, действительно сидящего на стуле и дожидающегося аудиенции.

Как часто бывает, внешне «самый большой оригинал в архитектуре» выглядит вполне респектабельно. Благородная седина, обаятельная улыбка, неизменная трубка и очки в роговой оправе. Фрэнк Гэри скорее напоминает добропорядочного профессора, нежели архитектора, чьи остроумные идеи и безумные образы повлияли на современную архитектуру так же, как когда-то Эйфелева башня на облик Парижа. Маэстро очень оберегает свою личную жизнь – о нем мало что извесно, лишь только то, что он счел нужным рассказать в недавно вышедшем документальном фильме его друга Сидни Поллака. Уважу желание маэстро и не буду сплетничать про его первую, а затем вторую жену...

Вернусь к зданию «нью-йоркского парусника». Чисто физически вернусь – оно находится в 5-ти минутах от нашей галереи, проверю – не качается ли на волнах.

Первоисточник www.runyweb.com